Моя железная матушка сломалась и дала согласие на наш брак. Правда, выдвинула условие, даже два. Первое: она желает устроить нашу помолвку в присутствии близких, после которой каждый даст тебе оценку по пятибальной шкале. Если будут только тройки, то она меня тебе не отдаст. Ты уж постарайся! Особенно это касается моей матушки и папиного друга Александра Ивановича. Его слово в нашей семье имеет огромный вес и никогда не обсуждается. С виду ничего особенного, обычный мужик, серый, лысоватый, хромоватый, немногословный. Молчит, молчит, а потом бряк — и оценка готова. Бьет не в бровь, а в глаз. Его диагноз неоспорим и всегда точен, как у рентгеновского аппарата. Но я думаю, что такой умница как ты, покорит всех. Маме старая княжеская закалка покоя не дает. Как так, выдавать любимую дочь за кота в мешке, которого никто никогда не видел. Папа за ней три года ухаживал, а потом присылал сватов. С ней ничего не поделаешь, так что моя победа может приравниваться к подвигу.

 Жду тебя к сентябрю. Ты уж постарайся поскорее закончить все свои дела в Харькове. После свадьбы я тебя уже не отпущу. Моя подруга Таня Творцова работает коммерческим директором в одном модельном агентстве, она имеет колоссальные связи и обещала помочь с поисками теплого местечка, связанного с дизайном. Так что свою профессию ты сохранишь и сможешь работать по призванию. Мама отдает в наше распоряжение все правое крыло дома, и я уже заканчиваю в нем ремонт. К твоему приезду все будет сделано. А до города ехать полчаса. Рядом. Будешь ездить на моей «вольво», а я на папиной «волге» — все равно простаивает в гараже. Меня беспокоит, что ты очень редко звонишь, а тебе звонить некуда. Зря ты отказался от мобильного телефона, который я хотела тебе подарить. Не так уж это дорого. Но ты же у нас гордый! И что? Заставляешь меня нервничать, а здоровье деньгами не измеришь.

 Люблю, целую, твоя Юля.

— Вот и приехал! — шепотом произнес Артем. Он еще раз взглянул в паспорт погибшего. Погиб в возрасте Иисуса Христа. Мало пожил. Артему